Александр Ескендиров 
Переход мировой экономики на экологически чистые источники энергии несет в себе угрозу усиления глобального экономического неравенства. Об этом сообщают исследователи Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ), результаты работы которых опубликованы в научном журнале Energy Research & Social Science. По данным ученых, развитые государства станут главными выгодополучателями так называемого энергоперехода, в то время как развивающиеся страны могут столкнуться с технологическим отставанием и новыми торговыми барьерами.
Для оценки того, как разные государства справляются с этими вызовами, специалисты Института экономики природных ресурсов и изменения климата НИУ ВШЭ разработали специальный индекс готовности к низкоуглеродной трансформации. Он охватывает сто тридцать три страны и базируется на трех ключевых показателях. Первый критерий оценивает зависимость от ископаемого топлива и экспорт углеродоемкой продукции. Второй показатель отражает потенциал страны в сфере возобновляемой энергетики и наличие запасов критически важных материалов. Третий компонент измеряет адаптационный потенциал, который включает уровень экономического развития, а также состояние социальных, инновационных и институциональных ресурсов. Логика исследования заключается в том, что недостаток ресурсов для перехода невозможно компенсировать только за счет высокого уровня развития институтов, и наоборот.
По итогам анализа все страны были разделены на шесть групп. Лидерами рейтинга с высоким адаптационным потенциалом стали Швейцария, Сингапур и Швеция. В эту же категорию попали крупные экспортеры ископаемого топлива, такие как Норвегия, Соединенные Штаты Америки, Канада и Австралия, которые, по мнению авторов, смогут компенсировать потери от снижения спроса на нефть и газ за счет развития наукоемких производств. В отдельную группу был выделен Китай, ставший мировым лидером благодаря масштабным инвестициям в чистую энергетику и фактической монополии на рынках критических материалов, включая графит, литий, кобальт и редкоземельные металлы. Третью группу составили развитые государства с большей уязвимостью к энергопереходу, такие как Италия и Испания, а также Объединенные Арабские Эмираты, которые выделяются среди соседей благодаря развитому сектору услуг.
Четвертая группа включает страны с ограниченным потенциалом адаптации, что увеличивает их издержки при энергопереходе. К ним относятся Южно-Африканская Республика и Бразилия. Пятую категорию составили государства Персидского залива с критической зависимостью от экспорта углеводородов, среди которых Катар, Саудовская Аравия, Бахрейн, Оман и Кувейт. Самой многочисленной оказалась шестая группа, объединившая наиболее уязвимые государства с низким уровнем технологического и образовательного развития. В нее вошли Гондурас, Никарагуа, Эфиопия, Мозамбик и Непал. Эти страны занимают последние строчки рейтинга из-за слабого потенциала адаптации и высокой зависимости от традиционной энергетики.
В ходе обсуждения результатов исследования эксперты пришли к выводу о наличии серьезной асимметрии между развитыми и развивающимися государствами. Директор профильного института НИУ ВШЭ Игорь Макаров подчеркнул, что текущая международная климатическая политика не обеспечивает равного распределения издержек и выгод, что создает риск перекладывания основной нагрузки на более бедные экономики. При этом наличие запасов углеводородов не обязательно является сдерживающим фактором. Как отметил генеральный директор компании «КарбонЛаб» Михаил Юлкин, ключевое значение имеет то, как именно государства распоряжаются доходами от продажи ресурсов. Опыт таких стран, как Соединенные Штаты Америки и Норвегия, показывает, что эти средства можно успешно направлять на развитие высоких технологий.
Специалисты констатируют, что для справедливого энергоперехода отстающим странам потребуется существенная поддержка, однако вопрос о том, кто возьмет на себя эту миссию, остается открытым. Традиционные лидеры в лице европейских стран и Соединенных Штатов Америки пока не готовы в полной мере обеспечить такую помощь, а международные инфраструктурные проекты Китая ориентированы преимущественно на привлечение собственной рабочей силы и компаний. Современные международные институты, включая Организацию Объединенных Наций, также испытывают трудности в консолидации усилий из-за расхождения интересов ключевых геополитических игроков. В связи с этим эксперты предлагают дифференцировать глобальные цели по сокращению выбросов с учетом реальной готовности каждой конкретной страны к низкоуглеродной трансформации.
