Олег Зимин 
По итогам 2025 года сектор распределенной генерации в России продемонстрировал рост установленной мощности в диапазоне от 1,77 до 2,31 ГВт. Такие данные приводит Ассоциация малой энергетики (АМЭ), сообщает «Российская газета». Несмотря на положительную динамику, фактические показатели оказались существенно ниже ожиданий: ранее эксперты прогнозировали увеличение мощностей на 5 ГВт, однако реальный рост оказался в два раза скромнее. На сегодняшний день совокупная установленная мощность объектов малой генерации в стране, без учета систем накопления энергии, оценивается в 38–39 ГВт. Это составляет примерно 14–15% от общей установленной мощности всей российской энергосистемы.
Распределенная генерация представляет собой производство электроэнергии на компактных объектах, расположенных в непосредственной близости к потребителям. Это позволяет обеспечивать энергией промышленные предприятия, жилые микрорайоны, нефтегазовые месторождения или отдельные домохозяйства, минуя сложную логистику передачи по протяженным сетям. Развитие данного сегмента стало глобальным трендом на фоне резкого роста энергопотребления, так как строительство локальных станций позволяет вводить новые объекты без перегрузки централизованной системы, а при наличии технических возможностей – даже передавать излишки в общую сеть.
Если рассматривать долю малой энергетики в общем энергобалансе, то Россия с показателем около 15% опережает США, где этот уровень составляет 6–8%, но уступает Китаю с его 16–18%. Однако в абсолютных цифрах разрыв с мировыми лидерами остается значительным: установленная мощность распределенной генерации в Китае достигает 590–610 ГВт, а в США – 80–85 ГВт.
Ключевым отличием российской модели развития от общемировой является структура используемых источников энергии. В глобальном масштабе драйвером роста малой энергетики выступают возобновляемые источники энергии. В Китае на долю ВИЭ в этом сегменте приходится до 80% мощностей, в США – до 83%, а в Германии этот показатель достигает 84%. В России ситуация диаметрально противоположная: основу распределенной генерации составляют объекты, работающие на ископаемом топливе. Доля газовых станций в нашей стране достигает 71%, в то время как на ВИЭ приходится лишь 13–15%. За 2025 год мощности «зеленой» генерации увеличились всего на 230–330 МВт.
Основной прирост в России обеспечили газопоршневые электростанции, добавившие в систему 700–900 МВт, малые газотурбинные установки (70–100 МВт) и крупные промышленные ТЭС (450–600 МВт). В АМЭ отмечают устойчивый тренд последних двух лет: крупные промышленные гиганты, такие как «Норникель», «Металлоинвест», «Северсталь», «Лукойл» и «Роснефть», все чаще предпочитают строить собственную генерацию вместо покупки электроэнергии из общей сети. Главная причина – экономическая целесообразность, так как собственная газовая генерация может обходиться предприятию в два и более раза дешевле сетевых тарифов.
Отставание ВИЭ от газовой генерации эксперты связывают с отсутствием системной государственной поддержки и слабой экономикой проектов в большинстве регионов страны. Развитие возобновляемых источников происходит преимущественно в зонах с ограниченным энергоснабжением, таких как территории опережающего развития, Юг России и Арктика. При этом в некоторых регионах страны уже наблюдается риск дефицита электроэнергии, что делает стагнацию темпов ввода новых мощностей тревожным сигналом. Заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике Юрий Станкевич подчеркивает, что дефицит мощностей и износ сетей должны стимулировать правительство к созданию комфортных условий для инвесторов. По его словам, стране необходима масштабная электрификация, требующая триллионных инвестиций как в генерацию, так и в сети.
Для дальнейшего развития отрасли необходимы существенные регуляторные изменения. В АМЭ настаивают на внедрении механизмов управления спросом и более глубокой интеграции малой генерации в единую энергосистему. Директор Центра исследований в электроэнергетике ИЭиРИО НИУ ВШЭ Сергей Сасим уверен, что распределенная генерация не является панацеей от энергодефицита, но способна снизить остроту проблемы при наличии стимулирующих мер. Он также видит перспективы применения таких решений для развития энергосистем удаленных территорий, например, Дальнего Востока.
Эксперт по энергетике Кирилл Родионов видит потенциал для развития ВИЭ в южных регионах России, но указывает на необходимость снятия ограничений на поставку электроэнергии в сеть и введения налоговых льгот. Сергей Сасим добавляет, что снятие технологических барьеров не должно повышать риски для работы энергосистемы, что может потребовать дополнительных инвестиций в сетевое хозяйство и отразиться на тарифном регулировании.
